July 31st, 2020

Глазай

Вакуум альтернативы

Ситуацию в Штатах всё чаще сравнивают с финалом СССР, не думаю, что это корректно. Принципиальное отличие в тенденциях и мотивациях. В СССР к середине 80-х всем было понятно, что идеология экономически несостоятельна, исторически выдохлась, к тому же за железным занавесом огнями Бродвея блестела альтернатива — западная модель, джинсы, кока-кола, бублегум, вожделенные плоды капитализма, к жатве которых комсомол вполне себе созрел и сам. КПСС, если помните, чуть было вообще не запретили, с глаз долой из сердца вон (как с РПЦ после революции). А теперь что? Экономический кризис это ведь не самое неприятное, экономика это вообще дело техники, совсем другое дело кризис моральный, идеологический, слом парадигмы. Негритянский бунт это  выход энергии совсем не туда, куда она могла бы выйти конструктивно, но не может, поскольку ментально никакой альтернативы не озвучено, некуда ей деваться, группа Любе не споёт «мы будем жить теперь по-новому». По какому новому? Без полиции? Анархия не новизна. Снос памятников это так же инстинктивная попытка снести идолов идеологии и опять же бессмысленная вне сноса самой идеологии, а идеологию нельзя снести иначе, чем озвучить нечто модерновое. Созидание это самое эффективное разрушение.

Я бы сказал, что нас ждёт мировой кризис государственности вообще, как root-парадигмы, поскольку в концепции «государства» сублимируется упадочная психология и менталитет эгоцентричного индивидуализма, ведущие к хронической гиперцентрализации энергий, а следом и к неизбежной диктатуре частных лиц (не важно, политики это или бизнес) над массами, что особенно критично под лозунгом прав и свобод. Это касается всех, США тут только на передовой грядущей метаморфозы.

Партизан

Мнимости математики

Продолжая тему мнимости сущего (не в том смысле что сущего нет, а в том, что бытие есть материализации мышления того или иного масштаба — человеческого, божественного)

Тема эта имеет прямую связь с математикой, к которой периодической возникают претензии или шутки за чрезмерную её абстрактность. Математика тем и первична для научного метода, что в ней мнимость реальности фокусируется, концентрируется. Математика это экзальтация манаса — ума как принципа природы, порождающего феноменальность.

Фундаментальной математической мнимостью является единица, она же основа дифференциации как идеи, как метода мышления. Речь не о мнимой единице комплексных чисел, речь о мнимости единицы вообще, той самой единицы, что скрывается за символом цифры 1. То есть в основе математики лежит аксиома (мнимость) такого вида: 1 = TRUE. В объективной реальности подтверждение этой аксиоме вы не сможете обнаружить буквально, только условно, надуманно вами же. Именно тут физики и натуралисты нередко начинаю смотреть на математику подозрительно, поскольку погружаясь в формальную природу в поисках «кирпичиков» бытия они постоянно натыкаются на непрерывность этого бытия, на поля и излучения. Никак формула не сходится. А она и не сойдётся, но это другой вопрос.

Все числа производны от 1, включая ноль и исключая числа трансцендентные, которые и «числами» то называются условно, ведь в буквальном прочтении словосочетание «трансцендентное число» это оскюморон, тут опять же простор для мемов и баек про Пифагора, утопившего Гиппаса.

На самом деле если мыслитель хочет продвинуться в понимании мнимости числа 1, он может медитировать именно на трансцендентные числа, на их формально-логические  обоснования. И единица и все остальные числа в сущности так же трансцендентны, их не существует строго материально, иначе как в уме их нигде нет, но если с числом π или e за этот парадоксальный для мышления факт ещё можно как-то зацепиться, то с числом 1 это сделать крайне трудно, и психологической причиной тут, как я не раз говорил, является не только феноменализм восприятия, но и внутреннее отождествление мыслителя с субъективным феноменом «Я» — персонификацией дифференциации и единицы. Представить трансцендентность единицы, это всё равно, что представить трансцендентность (мнимость) себя самого.

Бытие с точки зрения физика — это континуум, и потому он так неистово роет землю коллайдерным копытом, что надеется обнаружить реальную единицу, единичную и неделимую,  чтобы затем уже полноценно применить к ней весь свой математический аппарат, и стать повелителем материи. Но не тут-то было...